Евгений Хонтор — личность известная в России и мире, но… вряд ли вы знаете этого парня в лицо. Скорее знакомы с персонажами Миров сотворенных, которые Хонтор создает по собственной уникальной методике — лепит из бархатного пластика, украшая каждого замысловатым орнаментом, наделяя характером. Крылатые лисицы мастера поражают реалистичностью — здесь нет лишних деталей. Они очень похожи на наших сказочных хитрюг — рыжие с белой грудкой, но, все же, это обитатели другого мира.

Скульптурой Хонтор занимается с 2006 года. Закончил художественную школу и освоил азы лепки в кружке “Малая пластика“ под руководством Валерия Перлика, а затем, буквально, влюбился в скульптуры Эллен Джун, мастера из Канады — она создает героев мира фэнтэзи — драконов, василисков и других обитателей. Сегодня Хонтор признается, встреча с канадкой — это и подарок судьбы, и проклятье. Канадский опыт стал толчком. Но идти по пути старших коллег Хонтор не захотел — своих героев Евгений создает из бархатного пластика, который мэтры называют “какой-то детской массой для лепки“.

Мне все серьезные “взрослые“ материалы не подходят по той или иной причине, потому и решил – будь что будет. Зато через бархатный пластик я могу говорить, а не “заикаться“. Бархатный пластик – теплый и живой в руках, настоящий. Все прочее — чья-то чужая мечта, чужое будущее, — объясняет наш собеседник. — А уникальность метода заключается в основном в технологии работы с материалом – я могу подсказать, какие детали в сложной скульптуре делать первыми, где лучше просушить перед продолжением работы, как правильно пользоваться текстурными кистями — молдами (их тоже пришлось делать самостоятельно, готовые из магазина не подошли).

Кстати, сейчас Хонтор учится у тех, для кого сам когда-то стал примером. Талантливый мастер Светлана Хитрово — молодой российский скульптор, также работающий с пластиком, показала ему простой и эффективный способ сборки каркаса, а Дэн Карху- с этим мастером Евгений работает в паре, научил кое-каким хитростям в использовании текстурных кистей и выразительным деталям в анатомии.

И целого мира мало

Кому-то может показаться, что Евгению тесно в нашем реальном мире, и именно поэтому он создает свой собственный. Отчасти это правда – Хонтор признается, ему претит любое насилие там, где его можно избежать. А еще он не понимает, как здравомыслящий человек может делать все возможное для уничтожения собственной Планеты. Росчерком пера сильные мира могут загубить целую популяцию редких животных. Не говоря уже об уничтожении жизненно важных ресурсов, и речь здесь идет не о полезных ископаемых. В дефиците могут оказаться чистый воздух и вода.

В своих мирах Евгений пытается исправить ошибки шефов нашей Планеты. И, кто знает, может быть его работа окажется ценнее усилий “зеленых“ из Greenpeace.

Это мир, который я люблю и делю с близкими людьми. Мой соавтор – Лев Попов создает другую часть нашей общей Вселенной. Мы дружим мирами, которые часто соприкасаются, взаимосвязаны, взаимно дороги, но они не смешиваются полностью, оставаясь цельными самостоятельными проектами. Лев – художник и писатель, он рисует на камнях, создает инопланетных животных, рассказывает о мирах Радужных Сфер. Мы дружим с детства, с детства связаны общим интересом.

Свои скульптуры Хонтор дарит тем, кто особенно дорог — не только друзьям и родственникам, но и кумирам. Например, в прошло году художник-фантаст Уэйн Барлоу (он нарисовал свыше 300 обложек для книг и журналов и иллюстраций для множества книгоиздателей) получил весточку из Староминского Краснодарского края и был впечатлен мастерством юного коллеги. А вот до одного из самых успешных режиссёров нашего времени Джеймса Кэмерона подарок пока не добрался – вновь вернулся “с адреса, по которому не осуществляется доставка“.

На каком-то этапе мне стало важно дарить работы тем, кто сделал что-то очень важное для меня. Важное настолько, что это стало “кирпичиком“ моей личности. Это не совсем рациональное чувство, его нельзя как-то взвесить и направить. И, думаю, это мало связано с восторгом фаната — в мире есть много произведений, которыми я искренне восхищаюсь и вдохновляюсь, но не уверен, что когда-нибудь свяжусь с их авторами. Я просто знаю человека, которому должен сделать подарок, вижу, что это будет за подарок, и только в момент, когда задумка сформировалась, могу ее внятно объяснить.

Первыми уникальные скульптуры получили Лев Попов, ближайший друг Евгения, и Элхэ Ниэннах — Наталья Васильева, писатель-фантаст, автор “Черной Книги Арды“. У Элхэ живет серьезный черный волчище Кархарот. Правда, глаза у него все равно добрые – так люди говорят.

Собирать подарок Джеймсу Кэмерону Евгений стал после выхода на экраны фильма “Аватар“.

Это сбивает с ног, когда практически вживую видишь дышащий жизнью, величественный, но другой мир. Впрочем, гораздо важнее то, что в каких-то аспектах мир Пандоры похож на мой Луарилл – не напрямую, не формально, но именно такое чувство, наверное, испытывает человек, навсегда переехавший в другую страну и вдруг увидевший место, напомнившее о Родине.

В какой-то мере, люди из “подарочного списка“ стали соавторами Евгения. Они дали кусочки своих миров, чтобы скульптор лучше понял собственный, и, наверное, поэтому – такое сильное желание дать что-то взамен.

Занятно, я осознал и сформулировал, что для меня объединяет этих людей, только отвечая на вопросы интервью, — резюмирует Евгений.

Мастер Хонтор, только начинает свой путь. И, хочется верить, что и он станет легендой новой России, где сохранятся вечные принципы добра, созидания и мира. По крайней мере, сейчас Евгений уверен, что на достигнутом он не остановится.

Жизнь — это процесс. Цели возникают сами собой, если любишь жизнь и чем-то интересуешься. Поэтому и нет такой цели, которую я реализую и всё – жизнь удалась (и кончилась). Хотя, конечно, важные для меня вещи назвать могу: сделать книгу о наших мирах, но книгу необычную, с возможностью бесконечно дополнять и редактировать готовый результат. Над этой книгой уже идет работа. Сейчас меня увлек новый проект – Музей Фантазии, который пока будет существовать на базе московского магазина. Я всегда испытывал потребность показывать людям что-то необычное, удивительное, сделанное кем-то другим. Я люблю творчество и жизнь, поэтому музей не о рыцарях и драконах – он о формах творчества и о формах жизни. Что бы я ни делал в будущем – все равно это будет продолжением меня и моих миров. Так что главный и единственный план на будущее – оставаться собой. Остальное само приложится.

Миры сотворенные

Несколько слов о том, где сегодня живет Евгений Хонтор. Из первых уст:

Самые важные из миров для меня – Эсварра и Луарилл. О них я больше всего знаю. Луарилл называют колыбелью демиургов – это своего рода школа для творцов. Он пропитан радостью творчества и познания, он красив ради самой красоты, величественен в своих образах. Гигантские деревья-звери, тела которых превратились в целые джунгли с собственной экосистемой. Серый Остров, где из теней на песке рождаются будущие боги. Цветение лунных факелов в волчий праздник – по всему материку, от земли до самых высоких и тонких ветвей, как будто кто-то зажег бледные свечи, горящие не огнем, а лунным светом. Луарилл ошеломляюще прекрасен, это мир-картина, живое произведение искусства, в котором каждое живое существо способно на творчество, учится творчеству. Кстати, те, кто уходит из Луарилла, создают свои собственные миры.

Эсварра – родина хайнов, создателей Луарилла и Миров Сотворенных. Цивилизация хайнов и ее история сильно отличались от человеческой. Представьте себе на минутку, что все животные на нашей планете (по крайней мере, крупные позвоночные) стали бы вдруг людьми. Как сильно бы тогда изменилась злободневность экологических вопросов, как сильно изменился бы сам ход человеческой истории! В силу некоторых обстоятельств, на Эсварре хайны были лишь ведущим разумным видом, но не единственным. Практически все млекопитающие изначально были связаны в единую телепатическую сеть, а хайны стали центром этой сети. Млекопитающие Эсварры – единый социум, а не отдельные конкурирующие виды. Сами же хайны, раса альтруистов со сложными этическими ограничителями, были вынуждены решать экологические и социальные проблемы иначе, чем на Земле. Нет, Эсварра не похожа на рай с говорящими зверушками. Если это и сказка, то сказка трагичная, часто жестокая. И, глядя на Землю глазами хайна, я порой думаю, что именно люди живут в сказке: дети, играющие на костях, невинные убийцы, не осознающие в полной мере ценность даже собственной жизни, не говоря уже о чужих. Даже человеческой жизни, не говоря уже о животных.

Фото: Евгений Хонтор

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

В нору ©. Все права защищены. 16+. При использовании материалов ссылка на источник обязательна.